Возрождение Минска из пепла — гражданский и архитектурный подвиг


Рубрика: Обмен опытом
газета: №18 (423) 2011 г.
Дата: 10.06.2011, 11:39
Просмотров: 4,577
Версия для печати

Наши читатели помнят о февральском визите в Минск делегации ведущих зодчих Санкт-Петербурга. Во встрече приняли участие Министр архитектуры и строительства А. И. Ничкасов, председатель Белорусского союза архитекторов А. И. Корбут и его первый заместитель М. Л. Гаухфельд, представители столичного Комитета архитектуры и градостроительства, проектных организаций и творческая молодежь. Состоявшийся в те дни архитектурный диалог был настолько насыщенным, что петербургские архитекторы с присущей им интеллигентностью вскоре направили в Союз архитекторов письмо со словами благодарности за организацию выставки и ознакомительной поездки, где поделились впечатлениями от застройки Минска. Свои путевые наблюдения они разместили также на страницах местной профессиональной прессы.

Внимание государства к архитектуре — беспрецедентно

"Какие же впечатления вынесли мы частично из окна автобуса, частично из натурных посещений нескольких значимых объектов?" — задается в письме Народный архитектор России, президент Санкт-Петербургского Союза архитекторов В. В. Попов, деликатно оговариваясь, что "кратковременность пребывания извиняет, возможно, некоторую поверхностность оценок".

"Я не первый раз в Минске, и этот город мне всегда нравился. Его сдержанная, благородная, с хорошим вкусом нарисованная архитектура выгодно отличалась от тех претенциозных экспериментов, которые часто поощрялись в других союзных республиках", — продолжает В. В. Попов.

По убеждению Санкт-Петербургских зодчих, бесспорные успехи архитектуры и градостроительства в Беларуси во многом являются заслугой руководства страны. В их отзывах настойчиво звучит не только дань уважения к достижениям белорусской архитектуры, но и мнение об определенном лидерстве Беларуси по ряду позиций как непосредственно зодчества, так и системы управления архитектурно-градостроительной деятельностью.

Так, заслуженный архитектор России С. В. Гайкович отмечает: "Назначение… архитектора на должность Министра архитектуры и строительства Беларуси умещается только в жанр научной фантастики для страны, где в таком городе, как Ярославль, нет главного архитектора, а в культурной столице главный архитектор по существу лишен права подписи"…

Гости из Санкт-Петербурга отдают должное той молодежной политике, которая ведется в республике, существующей архитектурной школе, а также инициативе Белорусского союза архитекторов, в т. ч. по созданию Клуба молодых архитекторов, проведению студенческих конкурсов, популяризации профессии среди молодого поколения, опыт чего, возможно, стоит перенять. Недаром С. В. Гайкович признает: "Футуристически для нас смотрелась ... толпа молодежи в помещениях Республиканского дома архитекторов и на мастер-классах".

"Не могу не оценить позитивную роль, которую взяли на себя власти республики в возведении таких грандиозных социальных объектов, как Минск-Арена и Национальная библиотека, — продолжает мысль коллег Заслуженный архитектор России Р. М. Даянов. — Сам факт, что государство вкладывает огромные деньги в культуру и спорт — это здорово, и здесь, безусловно, нам есть чему поучиться"…

В. В. Попов выделяет "прекрасное сооружение Минск-Арена, которое своей простотой в хорошем смысле и функциональностью как раз продолжает сложившуюся в советское время традицию". И далее: "Уже не говоря о том, что на нашем пути часто попадались залитые или естественные катки, два спортивных объекта — и ледовый конькобежный стадион, и хоккейный стадион — профессионально нас удивили своей добротной архитектурой. А то, что тема спортивного строительства находится явно в приоритетах городских властей, то это им — комплимент".

Говоря о Минск-Арене, напомним пословицу: "На вкус и цвет товарища нет". Признавая, что этот спортивный комплекс на 15 тыс. зрителей можно назвать "интересным сооружением", руководитель персональной мастерской, член архитектурно-градостроительного совета Санкт-Петербурга М. А. Мамошин оговаривается, что, с его точки зрения, "прекрасная функциональная "начинка" превалирует над "маловыразительным обликом".

Зато в оценке Национальной библиотеки петербургские архитекторы оказались практически солидарны. В. В. Попов отмечает: "Ее впечатляющее формообразование, несомненно, сыграет градообразующую роль в этом участке города. Это, безусловно, новаторское, в самом положительном смысле этого слова, произведение. Остроумное сочетание книгохранилища с подиумом читальных залов, интересные пространства интерьеров, дизайнерские решения — все это говорит о высоком профессионализме авторов".

В свою очередь М. А. Мамошин считает возведение этого объекта "принципиально важным и поучительным для нас, петербуржцев, примером, когда на основе честного конкурса выбирается лучший проект и реализуется в установленные сроки": "Поражает и само качество постройки: это уже архитектура европейского уровня"…

А С. В. Гайкович говорит, что здание Национальной библиотеки "разворачивает временной лаг … в будущее".

Посещение многофункционального комплекса "Столица" под площадью Независимости вызвало у В. В. Попова "невольное сравнение с подземной Манежной площадью в Москве". "И здесь сравнение, безусловно, в вашу пользу", — обращается он к белорусским архитекторам.

Водно-зеленый диаметр — уникален

В. В. Попов подчеркивает, "что возрождение из пепла Минска без преувеличения является гражданским и архитектурным подвигом. Плотная городская ткань города, в которой уже наслоились несколько эпох новейшего времени — от конструктивизма до современного модернизма — радует профессиональный взгляд архитектора. Впечатляет грамотный генеральный план, в котором главной изюминкой является организация водно-зеленого диаметра, пронизывающего весь центр. Приходит на ум сравнение с рекой Невой, образующей в нашем городе как бы главный проспект". А если белорусским градостроителям удастся воплотить задуманное подключение к диаметру Слепянской водной системы с востока и зоны реки Лошицы с запада, то, по мнению В. В. Попова, "идея зеленого каркаса центра в виде буквы "Ф" примет законченный вид".

Он продолжает: "Одним из главных украшений Минска я считаю его просторные рекреационные зоны: многочисленные парки и скверы в центре города и уникальный водно-зеленый диаметр, который необходимо сохранить в целостности". Тем более что, на его взгляд, Минску (впрочем, как и Санкт-Петербургу) могут помешать угрозы, что "исходят от наступления капитала, который правит архитектурный бал у нас и — пока еще в меньшей степени — у вас. Как мы видим, всяческие градостроительные законы не всегда являются действенными против его вторжения. Представляется, что основная опасность исходит не от появления высоток, поскольку у вас — город на рельефе, и в нем не создать "небесную линию", характерную для Петербурга. А вот действительная опасность видится во вторжении застройки в водно-зеленый коридор, поскольку капитал рассматривает любую зеленую рекреацию как возможность для извлечения прибыли".

Это мнение поддерживает Р. М. Даянов, отмечая, что водно-зеленый пояс города произвел на него сильнейшее впечатление. "Совершенно недопустимо, чтобы эта зона становилась полигоном для амбиций девелоперов и застройщиков", — уверен он.

"Выдающимся градостроительным достижением Минска является водно-зеленый диаметр, — солидарен с коллегами М. А. Мамошин, — и сегодня крайне важно остановить уже начавшийся процесс урезания этой рекреационной зоны под новую застройку".

Пятна на солнце…

"К негативным моментам я отношу не слишком удачную, на мой взгляд, реконструкцию Оперного театра, — добавляет "ложку дегтя" в целом в положительные, а нередко — и восторженные впечатления от Минска М. А. Мамошин. — Это тот случай, когда статус памятника не уберег выдающееся произведение И. Г. Лангбарда от новых произвольных "украшений".

Что же насторожило петербургских архитекторов? Как признает В. В. Попов, талант Иосифа Лангбарда для них ценен, прежде всего, "школой, которую мы все прошли": "Это школа архитектуры Санкт-Петербурга — Ленинграда. К тому же, Лангбард сам окончил Академию художеств (ныне Институт им. И. Е. Репина), мастерскую профессора А. Н. Померанцева". Несколько лет он вел в Северной Пальмире персональную мастерскую. Поэтому ревнивое отношение зодчих из Санкт-Петербурга к шедеврам И. Г. Лангбарда в Минске вполне объяснимо, тем более что оно сопровождается признанием всей сложности проведенной реставрации.

"Одно из сильнейших, но не вполне позитивных впечатлений — реконструкция такого масштабного сооружения как Национальный театр оперы и балета: перед нами работа по созданию настоящего театрального города! Имея дело с подобного рода объектами, зримо представляешь тот труд, благодаря которому можно было возродить этот многофункциональный театральный комплекс, — отдает дань проделанной работе В. В. Попов. И продолжает:

— Однако всякое крупное дело не обходится без досадных промахов. На главном фасаде здания бросается в глаза чрезмерный масштаб скульптуры, который весьма далек от оригинального замысла. При всей проектной помпезности интерьеров Лангбарда кажется вовсе неуместным повсеместное устройство полированных мозаичных полов, а неудачно подобранное световое оформление интерьеров часто сбивает масштаб и ритм эффектно выстроенного ряда колонн фойе. При реставрации сложно удержаться от привнесения чего-то своего, но — и этому учит "ленинградская школа реставрации" — надо наступить на свое "я", когда внедряешься в чужой авторский замысел".

"Вольным отношением к сдержанной архитектуре Лангбарда" реконструированный театр "с обилием позолоты и довольно манерной скульптурой над входом" огорчил и С. В. Гайковича…

"Сталинский ампир" и общие проблемы

"Кажется, в нынешней российской действительности трудно чему-нибудь удивиться. Тем более полной неожиданностью среди увиденного в Минске оказалась ситуация с памятниками архитектуры советского периода, а именно — эпохи "сталинского ампира", — пишет В. В. Попов. — Мало того, что все они взяты под охрану государства, они к тому же в отличном состоянии. И как бы ни сетовали белорусские коллеги на не всегда качественное проведение реставрационных работ, нас, свидетелей часто безотрадного положения с подобными объектами в городах нашей страны, удивил уровень реставрации памятников и их ансамблевой целостности".

С его мнением согласен Р. М. Даянов: "Пожалуй, самое яркое впечатление от города — его чистота: не только улиц, но и исторических фасадов. Меня поразил центральный ансамбль сталинской ампирной архитектуры, который держится в образцовом порядке, без произвольного остекления балконов и лоджий, без возведения нелепых мансард"…

В то же время, по его мнению, вызывает сожаление, что "современная архитектура развивается абсолютно оторвано от своего исторического ядра, и мы можем наблюдать лишь слабые и разрозненные отголоски той ансамблевости, которая свойственна центру города". "Впрочем, — элегически заключает Р. М. Даянов, — это беда не только Минска". Остается только напомнить, что мэтры белорусской архитектуры также обеспокоены сохранением отечественных традиций ансамблевости застройки…

Определенную "интернациональность" проблем, присущих современному зодчеству, подчеркивает В. В. Попов: "Если говорить о жилой архитектуре, то ей присущи те же свойства, что и нашей. С одной стороны — известная раскованность в архитектуре самих зданий, с другой — немасштабность пространств, вытекающая из необузданной высотности. Даже кольнуло, что милый небольшой квартал из 2–3-этажных послевоенных жилых домов, который мы увидели где-то в центре города, пойдет под снос"…

"В целом же белорусская столица произвела на меня впечатление города, в котором не допущено градостроительных ошибок, в отличие от многих городов постсоветского пространства", — подытоживает М. А. Мамошин.

…Безусловно, белорусским архитекторам есть чем гордиться. В то же время им предстоит решить еще немало проблем. И подобные встречи, по общему мнению, дарят прекрасную возможность обменяться мнениями, поделиться опытом на благо общего дела — АРХИТЕКТУРЫ.