Архитектурное наследие Беларуси: проблемы и методы сохранения


Версия для печати

Проблема реконструкции и реставрации зданий и сооружений затрагивает не только вопросы повышения комфорта, эргономичности и энергосбережения жилых, общественных и производственных сооружений, но и, что особенно важно, сохранение исторического обличия, аутентичности памятников архитектуры, историко-культурных ценностей. Именно эти аспекты сформировали программу III практической конференции "Реконструкция и реставрация зданий и сооружений: современные технологии и энергоэффективные решения", которая состоялась в конце мая т. г. в Минске. Организатором мероприятия выступили "Отраслевые форумы" и Союз Строителей Беларуси при поддержке международного проекта "Изменение климата, культурное наследие и энергоэффективые памятники".

СОВРЕМЕННЫЕ ПРОБЛЕМЫ РЕСТАВРАЦИИ ИСТОРИЧЕСКИХ ИНТЕРЬЕРОВ

"Наше знание о культуре прошлого может базироваться на различных источниках, главными из которых являются не столько литературные и изобразительные материалы, сколько сами исторические объекты, сохраненные как музейные памятники, — убежден кандидат искусствоведения ИМЭФ НАН Беларуси Борис Андреевич Лазуко. — Каждый из них, взятый в отдельности, позволяет практически по фрагментам формировать представление об исторических эпохах, художественных традициях, национальных школах, творчестве конкретных лиц. Однако музейное существование предмета в силу своей специфики не всегда предполагает наличие соответствующего окружения, в котором он когда-то находился. В связи с этим создание аутентичного окружения, в котором каждая вещь находилась бы в исторически определенных условиях, представляется одной из актуальных задач. Решение ее составляет заботу искусствоведов и реставраторов".

Широкомасштабная работа по музеефикации историко-культурных комплексов, которая осуществляется сейчас в республике, сдерживается рядом проблем. Так, исторически сложилось, что все они практически без исключения потеряли свои аутентичные интерьеры, даже планировку, а в отношении некоторых имеются лишь скромные литературные описания и материалы археологических раскопок. Многие из таких объектов восстанавливаются практически заново. Уже в прошлом реконструкция Благовещенской церкви XII в. и оборонительной башни в Витебске, ратушных зданий в Минске и Могилеве, гостиницы "Европа" в столице. Осуществлена или ведется реставрация (иногда реконструкция) замковых комплексов в Мире и Несвиже, Воскресенской церкви и Успенского собора в Витебске, здания ратуши в Несвиже, дворца Пусловских в Косово, Коллегиума иезуитов в Орше, дворцового комплекса Сапегов в Ружанах; планируется восстановление Новогрудского замка.

Это только часть крупных объектов, причем значительное число составляют храмы. Их современное использование связано с первоначальным назначением, и в силу каноничности сакрального обихода восстановление интерьеров не вызывает принципиальных сложностей. Совсем другая ситуация складывается с теми комплексами или отдельными зданиями, которые уже стали музеями или приобретут музейное назначение. В них также планируется размещение не только экспозиций, но и структур, связанных с функционированием туристической сферы: объектов питания, торговли, гостиниц, музыкальных салонов, выставочных галерей и т. д. Естественно, возникает вопрос, какой вид они должны получить, как сохранить их историко-культурный статус. К этому надо добавить и оправданное стремление к использованию отдельных комплексов или их частей в научно-общественных, государственно-представительских целях.

По мнению Б. А. Лазуко, красноречивым примером неудачного решения музейного комплекса и включения его в современную общественно-культурную жизнь является Мирский замок, научное руководство по реставрационным и восстановительным работам в котором было возложено Министерством культуры Республики Беларусь на достаточно опытных специалистов. "Учитывая факт внесения комплекса в Список памятников всемирного культурного и природного наследия ЮНЕСКО (2000 г.), вызывает недоумение факт создания в нем полностью чужеродных по стилистике статических и подвижных интерьеров конференц-зала, т. н. комнаты отдыха, вестибюля с "реконструированными" кессонированными потолками, которые трудно даже назвать произвольной стилизацией, — отметил выступающий. — В решении отдельных помещений были использованы современные материалы, такие как пластик, синтетическое покрытие, отделочная кафельная плитка массового производства. Аналогичные грубые ошибки допущены в работах по усыпальнице Святополк-Мирских и в парковой зоне".

Наряду с данными вопросами актуально выглядит и проблема организации прохождения посетителей и туристических групп по экспозиционным и музейным залам дворцовых комплексов, которые по своему первоначальному назначению, естественно, не имели подобных целей. Так, приступая к реставрации 2-го пускового комплекса Несвижского дворцово-замкового комплекса, при уже начатых работах и составленной проектно-сметной документации, исполнители столкнулись с проблемой, что отдельные посетители и туристические группы будут двигаться навстречу друг другу, чтобы, пройдя по анфиладе комнат, снова вернуться в гардеробную зону. Но встречные потоки, по мнению Б. А. Лазуко, — это лишь одна из проблем, которая так и осталась нерешенной. Более сложно выглядит обеспечение безопасности как самих посетителей (например, эвакуация во время пожара), так и находящихся в относительно небольших по размеру помещениях дворца экспонатов. Данный нюанс влечет за собой необходимость создания ограничений по доступу зрителей к экспонатам и без того в малых пространствах.

Из всего спектра проблем, связанных с проведением реставрационных работ, выступающий выделил формирование экспозиционной среды музея. Он отметил, что в экспозиции могут быть представлены объекты уникальные, единичные, как правило, высокохудожественные, а также предметы, которые не владеют в достаточной мере этими особыми качествами, созданные преимущественно из утилитарно-бытовых целей. Однако и те, и другие несут исключительной важности объем информации, позволяют судить о макро- или микрокультурном уровне, состоянию и путям развития определенной системы (этноса, страны, эпохи, региона, школы, индивидуума), оставаясь исторически ценными артефактами.

В музейной практике неизменно ценится оригинал, который дает наиболее глубокое представление о времени и эпохе, эстетических идеалах общества, материальном окружении сословных групп, об уровнях технологий и мастерства, а также о личности заказчика, покупателя, который выбрал произведение. Учитывая, что редкие оригинальные вещи сохранились до настоящего времени, сегодня создаются их копии, ведется художественно-историческая реконструкция предметов.

Б. А. Лазуко подчеркнул, что, имея перед собой оригинал, мы не всегда можем ответить на вопрос, как он сделан. Если учесть, что секреты ремесла в прошлом традиционно передавались внутри узкого круга специалистов по наследству или в рамках цеха, отдельной мастерской, мануфактурного производства и во многом утрачены, то становится ясным, что выполнение точной копии, особенно в области декоративно-прикладного искусства, невозможно или чрезвычайно сложно. Поэтому создаваемые копии чаще всего представляют собой лишь имитацию внешнего вида предмета. Это, по сути, новая вещь, выполненная из современных материалов с использованием соответствующих технологических приемов.

Учитывая реалии, в которых сегодня происходит формирование музейных объектов, например, Мирского замка, дворцов Радзивиллов в Несвиже, Румянцевых-Паскевичей в Гомеле, вопрос использования копий приобретает злободневность. По мнению выступающего, определяя сценографию интерьеров, необходимо иметь в виду, что полная подмена оригиналов "новоделом", даже высочайшего технического уровня, может привести к потере историчности.

Еще одним путем наполнения музейной экспозиции является обращение к художественно-исторической реконструкции. До последнего времени она наиболее часто использовалась в архитектуре (Благовещенская и Воскресенская церковь, Успенский собор в Витебске, ратуша в Могилеве).

"В 2010 г. временным научным коллективом, созданным в ИМЭФ НАН Беларуси для выполнения работ по музеефикации Дворцового ансамбля Радзивиллов в Несвиже, было подготовлено экспертное заключение на проект изготовления мебели для интерьеров замка, в котором практически все представленные в нем образцы нельзя было соотнести ни с известными музейными (антикварными) оригиналами, ни с сохранившейся иконографией помещений комплекса", — рассказал Б. А. Лазуко. Он отметил, что создание реконструкций не может основываться только на профессионализме мастеров-исполнителей, пусть даже высочайшего уровня. Оно должно опираться на глубокие научные исследования, раскрывающие ряд определяющих факторов объекта (информацию о сырье, материалах, технологиях, оборудовании, инструментах, функциональному назначению).

Важную роль играет подбор источников для проведения реконструкций. Об их "неосторожном" использовании свидетельствует башня в Несвижском дворцово-парковом ансамбле, которая просуществовала до недавнего времени (авторы обратились к известной гравюре Томаша Маковского (около 1600 г.)). Личностные предпочтения в подобных "реконструкциях" нашли воплощение во введении в ренессансно-барочные интерьеры Мирского замка лифта, современных синтетических материалов, стеклянных конструкций и т. д. Избежать таких ошибок можно, основываясь на анализе многочисленных примеров, на сопоставлении, выделении наиболее характерного, адекватного эпохе.

Таким образом, в современных условиях реставрации исторических интерьеров и формировании музейного пространства в силу расширенного диапазона их функций, помимо доминирующей роли оригинала, аутентичности, возрастает значение копии экспоната, реконструированного с позиции историко-художественной достоверности и точности. Обращение к ним предусматривает использование и интерпретацию различного уровня информации, обработанной и воплощенной в материальные объекты с научных позиций. На ее основании может быть восстановлен не только конкретный музейный артефакт, но и определенное историко-материальное окружение в целом. Это позволит значительно расширить возможности экспозиционной практики, будет способствовать формированию более богатого и разнообразного в информационно-эмоциональном плане музейного пространства.

Просмотров: 8 247